Не пропустите - деревянная подставка под цветок по низкой цене.

Сергей Погоpельский

Русские и евpеи: шанс диалога

 

 

 

5. Первый миф об антисемитизме России

 

Несомненно, что искусственное раздувание проблемы антисемитизма почему-то стало важной частью всего поворота к Новому мировому порядку. Книга "Русская идея и евреи", о которой шла речь в прошлой статье, - продукт идеологический, труд специалистов, как раз готовящих такие кампании в России. Нам же надо подойти к вопросу с другой стороны, найти более искреннее, более эмоциональное выражение общественного сознания евреев. Важным источником для этого может служить изданная в 1996 г. антология "Свет двуединый: Евреи и Россия в современной поэзии".

В этой антологии представлены 101 еврейский поэт из России, Израиля и зарубежья - 444 стихотворения, говорящие об отношении евреев к России. Можно считать их в совокупности поэтическим выражением взглядов основной массы евреев. Не представлено в стихах то меньшинство, которое я в первой статье условно назвал "душителями" России. Возможно, их взгляды отражены в других книгах и других стихах, которых я не читал. Но в этой книге я узнаю тех евреев, с которыми приходилось общаться в жизни среднего, нормального советского человека.

Главный мотив собрания этой массы искренних, "политически сомнительных" (с точки зрения правоверного сионизма) стихов - любовь к России, неразрывная с ней связь - и невозможность взаимопонимания:

Что тебе рассказать, если там родилась,

где меня не признали своею,

но с безумной страною безумная связь -

где бы я ни была и куда б ни рвалась,

хоть язык оторвись, хоть глаза повылазь -

так крепка, как удавка на шее!

Это чувство сложно, нет возможности говорить о нем в краткой статье. Я только затрону одну его сторону - страх еврея перед антисемитизмом и обиду за обвинение в русофобии.

Изложил Шафаревич,

Куняев пристукнул печать -

Про меня, русофобку,

вердикт повсеместно размножен.

Здесь сразу возникает нестыковка понятий, которая присуща всему еврейскому монологу к русским. Шафаревич говорит о явлении русофобии, а Сарра Погреб - о том, что якобы ее лично обозвали русофобкой. Наверняка Шафаревич о ней и не думал, но главное - невозможно допытаться у нее, отрицает ли она своей личной обидой само существование русофобии влиятельных еврейских кругов? Не ответит ни да, ни нет. Заметим, что во всех 444 стихотворениях нет ни единого слова, ни намека на признание или отрицание тезиса Шафаревича по существу. Простое замалчивание. А книга называется "Евреи и Россия". И такая подмена предмета спора, перевод его с проблемы явления на личную судьбу отдельного еврея - общий принцип, он применяется и на уровне собутыльников - и в академических изданиях.

Взять хотя бы такой навязший в зубах вопрос, как смысл "Протоколов сионских мудрецов". В книге "Русская идея и евреи" они упоминаются не раз, иногда подробно. Сообщается, что их состряпал сотрудник царской охранки в Париже Рачковский, который "украл 70% текста у французского писателя Мориса Жоли". Но разве в этом дело? Ведь суть не в том, кто написал текст, речь же не о художественном произведении. Спор идет о том, соответствует ли изложенное в тексте тому, что наблюдается сегодня в общественно-политической реальности. Есть много произведений, в которых зашифрована крупная концепция переустройства общества, но неизвестно, являются ли они предписанием к действию или предупреждением (таков, например, важный фильм К.Шахназарова "Город Зеро" 1989 г.). Зачем же притворяться наивными и сводить дело к спору о происхождении текста?

Вообще, назойливое упоминание "Протоколов" чуть ли в каждом тексте, направленном против "антисемитизма" наводит на мысль, что целью этих упоминаний как раз и является разжигание антисемитизма, манипуляция сознанием людей, которые к этим "Протоколам" относились равнодушно. Ведь никаких тайн они русским людям не открывают. Напоминают о них затем, чтобы внедрить мысль, будто все в мире происходит по "еврейскому плану", все ими уже "схвачено". Это блеф, который должен вызвать у людей чувство бессильной ярости. Ярость не страшна - в худшем случае новый Осташвили разобьет еще пару очков. Главное, что эта ярость должна быть бессильной.

Кстати, и сам метод переключения спора на вопрос о происхождении "Протоколов" так примитивен, что трудно поверить в искренность авторов. Это игра в поддавки. Допустим, исходный текст впервые опубликовал некто Морис Жоли. Кто он такой и где он этот текст взял - вот в чем вопрос. Ведь отдельные фрагменты этого текста присутствуют в заявлениях самих идеологов сионизма. Так, В.Е.Жаботинский в 1909 г. бросает фразу: "передовые газеты, содержимые на еврейские деньги и переполненные сотрудниками-евреями..." и т.д. Это же один из важнейших тезисов "Протоколов".

Кстати, к моему удивлению, на Западе "Протоколы" известны шире, чем в России. У нас даже те, кто их читал, с трудом могут вспомнить содержание, а для среднего западного интеллигента они стали как бы признанными нормами поведения. В 1991 г. я был в Испании и 13 апpеля увидел по телевидению большое обозрение о жизни евреев в СССР. Тогда для меня, еще не обученного "реформой", эта передача показалось бессмысленной подрывной акцией. Видные евреи, дающие интервью западным корреспондентам в СССР, заявляют, что они отказываются от концепции "двойного патриотизма" - исключают компонент "патриотизма к СССР". Дальше - больше. Группа евреев из Узбекистана, просящих визы в США, объясняет это тем, что в Ферганской области Узбекистана прокатилась волна еврейских погромов, в которых людей сжигали заживо. (Для тех, кто забыл, напомню: сжигали бандиты турок-месхетинцев и русских солдат, о евреях вообще речи не было).

Я написал письмо на телевидение и в главную газету Испании, в том смысле, что подобные передачи как раз и разжигают антисемитизм. Мол, зачем? На всякий случай показал одному видному социал-демократу местного масштаба. Он сказал: "Все правильно, но посылать не следует". Почему? - спросил я. Он удивился: "Как почему? Все газеты контролируются евреями. Зачем же их раздражать?". Я еще был наивен: "Разве и в Испании? У вас же евреев почти нет". Он посмотрел на меня, как на ребенка: "На Западе вся пресса и телевидение представляют собой большую транснациональную корпорацию. Ты что, "Протоколы сионских мудрецов" не читал?".

Но оставим методологические споры о текстах, вернемся к вопросу о страхе перед антисемитизмом. Каюсь, я только из книги еврейских стихов вник в этот страх и понял ту мысль, которую раньше критиковал. Мысль о том, что реально антисемитизма в России нет, а страх перед ним велик - и значит, антисемитизм реален. Философ Д.Фурман пишет: "Какого-то массового антисемитизма опросы не фиксируют (здесь наши данные совпадают с данными других аналогичных опросов), и еврейский погром представляется менее реальным, чем какой-нибудь "кавказский". Но одно дело - реальность угрозы погрома или дискриминации и совсем иное дело - восприятие этой угрозы".

Я тогда ответил Д.Фурману: "Вот вам гибкость ученого. На деле антисемитизма нет - но мы его изобретаем в нашем "восприятии", и он становится главным фактором нашей жизни". Теперь вижу, что я был не вполне прав. Бывает, что восприятие важнее реальности.

Примерно то же пишет и Р.Рывкина в книге "Евреи в постсоветской России" о страхе евреев перед погромами сегодня: "Данные опроса это показатель состояния умов, настроения людей. Поэтому проверить истинность здесь невозможно. Более того, если опрошенные и преувеличивают опасность их положения, то важно не расхождение их настроения с реальными масштабами антиеврейских акций (которых никто не знает, никто не считал), а другое: чрезвычайно тревожное состояние их самих. Ибо это настроение и есть та реальность, которая изучается в опросе. И, как выявилось, это настроение чрезвычайно тревожное, если не сказать паническое".

О роли социологов и философов мы поговорим особо, а сейчас о самом страхе. Итак, страх есть, причем почти панический, и источник его не какие-то хулиганы, экстремисты ("баркашовцы"), а сама Россия:

Ведь жаждет погрома не горсточка сброда,

А родины-мачехи грозная рать.

Как известно, бывает страх рациональный - соответствующий угрозе. Он помогает человеку выбрать правильное поведение. И есть страх иррациональный, который в восприятии человека резко искажает реальность. Он сам становится угрозой для человека и толкает его на неверные, порой губительные установки и действия. Особую силу приобретает иррациональный страх, когда овладевает коллективами людей. Личные страхи при этом усиливают друг друга, входят в резонанс, создают цепную реакцию, ведущую к панике, а иногда к социальной катастрофе.

Сами еврейские ученые признают, что страх евреев перед погромами не соответствует реальной угрозе. Это страх иррациональный. Насколько я могу судить по моим собственным впечатлениям, русский человек, этим страхом не затронутый, его не понимает и даже не замечает. Он оценивает угрозы адекватно и знает, что сегодня в России евреи, в общем, защищены от опасностей гораздо лучше, чем русские, татары, чукчи и т.д. Отсюда недоумение: чего же они бьются в истерике? Русский человек считает эту истерику неискренней и видит в ней какой-то глумливый хитрый замысел.

Сейчас я думаю, что тут есть большое непонимание и общественная проблема. Если поверить всей совокупности еврейских стихов, то выходит, мы жили бок о бок с народом, в культуре которого был заложен сильный, доходящий до мании страх. Он был глубинным мотивом непонятных нам обид, странностей и поступков. С нами жил народ с душевной травмой, к которой мы отнеслись, я считаю, невнимательно.

Травма эта, отложившаяся в исторической памяти, была нанесена не в России, а на Западе - рыцарством, которого в православной России и возникнуть не могло. В первом крестовом походе были разграблены еврейские общины на Рейне и Дунае, во втором - во Франции, в третьем - в Англии. Затем, в процессе становления финансового капитала, евреи были изгнаны из Англии (1290), из Франции (1394), из Италии и Германии и, наконец, из Испании (1492). При этом происходили погромы, в которых было уничтожено около 40% евреев всего мира. Бежали евреи в славянские земли, и в XIX веке более половины их оказались жителями России.

Почему же получилось, что страх перед погромами обращен на Россию? Ведь на ее земле никогда не было ничего даже отдаленно напоминающего погромы в Севилье или "Хрустальную ночь" в Берлине. Нам малодоступны труды еврейских и западных исследователей погромов, но их собрал, обобщил и в краткой форме изложил в ряде своих книг В.В.Кожинов. Как возник миф о погромах в России и почему в иностранные языки вошло русское слово "pogrom"?

Я приведу такую аналогию. Есть в биологии явление - анафилаксия. Некоторые вещества, попав в организм, вызывают у него помимо краткосрочного заболевания (аллергии), повышенную чувствительность к этим веществам. Организм хранит память о них, иногда всю жизнь. И если когда-то даже ничтожное, для других безопасное количество этого вещества вновь попадает в организм, происходит бурная, совершенно неадекватная реакция - анафилактический шок. Это - не защитная реакция иммунитета. Это "паника", которая потрясает организм и нередко является причиной его гибели. Я видел такой случай, это неописуемое зрелище.

Даже при "малых дозах погрома" евреи России испытывали анафилактический шок, который поддерживался средствами идеологии. От дозы его тяжесть мало зависела. Как это ни абсурдно, "дело врачей" вызвало потрясение, сравнимое с потрясением от Холокоста. Для русского это трудно принять за чистую монету, это выглядит каким-то дьявольским издевательством. Но это, видимо, искренне. Что же делать?

Я, например, признавая мой грех бесчувственности, в то же время обвиняю еврейских ученых - и Фурмана, и Рывкину, и многих других. Они, давно поняв иррациональную природу этого страха, обязаны были сделать усилие, чтобы перевести его в сферу разумного, в сферу здравого смысла - и затем его лечить. Вместо этого они лелеяли этот страх и разжигали его, раздувая миф о "русском антисемитизме". Оставим в стороне вопрос об их мотивах, они не так уж существенны.

Казалось бы, первым делом философы и социологи должны были заинтересоваться той категорией евреев, которая почему-то изжила иррациональный страх перед погромами и вообще антисемитизмом. Стала относиться к этим угрозам разумно, без истерики - как татары, чеченцы и др. к проявлениям национальной неприязни к ним. Кто эти евреи? Как им это удалось? Их не так мало. Ведь, по данным Р.Рывкиной, в ответе на вопрос "Кому выгодно распространять антиеврейские настроения в России?" 10% евреев назвали какие-либо "еврейские" силы (Израиль, сионизм и др.). Десятая часть евреев не верит в "русский антисемитизм" - это очень много и это факт огромной важности! Никакой честный социолог не мог бы мимо него пройти.

На житейском уровне мы знаем, что как раз евреи, ведущие жизнь в среде "потенциальных погромщиков" и "бытовых антисемитов", страха перед погромами не имеют, они изжили анафилактическую чувствительность. Если собутыльник, распивая на троих, обзовет такого еврея "жидом", то реакция будет разумной и адекватной. Еврей или обзовет его сам, или даст ему в морду, или проглотит, или убежит. И никакой трагедии.

Надо подчеркнуть, что аномальный страх перед погромами создан средствами идеологии недавно, после войны, когда реальное знание о погромах начала века было уже утрачено. Только тогда заинтересованные идеологи смогли построить "виртуальную реальность". А в начале века страх был адекватным, никто от погромов не эмигрировал. Торговцы, которые были объектом погромов, вообще не эмигрировали, уезжали евреи-бедняки, да и то немного. В 1897 г. в России насчитывалось 5,06 млн. евреев, а в 1917 г. 7,25 млн. Уже после первого, кишиневского погрома 1903 г. в городах Юга и Запада России возникла хорошо вооруженная (даже пулеметами!) еврейская самооборона. Погромы служили средством ее сплочения: евреи-провокаторы разбрасывали листовки на русском языке с призывами "бить жидов", а сионисты - листовки на еврейском языке, призывая евреев вооружаться. Так что сегодня евреи культивируют миф о погромах.

И русским, и основной массе евреев было бы полезно снять наваждение, понять друг друга и пойти навстречу. Сделать это непросто, потому что влиятельная часть евреев и подконтрольные им СМИ хладнокровно и цинично эксплуатируют пугало антисемитизма. И сегодня, в условиях острого кризиса, невозможно определить, является ли исступленная ненависть к России некоторых евреев напускной, политически выгодной - или это искреннее, болезненное проявление старого комплекса. По мере того, как обостряется кризис и Россия все больше напоминает поле битвы, времени разбираться в этом становится все меньше. Как нет времени вести диалог с человеком, который замахнулся на тебя бритвой - даже если ты знаешь, что это хороший, но больной человек. Но пока время есть, надо пытаться ввести разговор в рассудительное русло.

Посмотрим, как творят миф "русского антисемитизма" наши академические философы. Сначала о старой, дореволюционной России. В создании ее черного образа важное место занимает представление всех ее общественных течений с начала века, за исключением потерпевших крах кадетов, как изначально антисемитских. Это и правые (В.В.Шульгин), и христианские философы (Н.Бердяев), сменовеховцы и евразийцы, и, конечно, большевики. Под всем этим якобы лежит черносотенство и его предшественник - славянофильство. А венец всего этого - фашизм.

Читаем в книге "Русская идея и евреи", что черносотенство - "расистский национализм протонацистского толка, вышедший на поверхность политической жизни России в самом начале ХХ века". И далее: "Не вызывает сомнения, что русское черносотенство удобрило почву, вскормившую гитлеризм". Надо же, не вызывает сомнения!

Нас убеждают, что между черносотенством и фашизмом есть генетическая связь. Но из исследований самих же еврейских историков известно, что это не так. Чем было черносотенство в России начала века? Политическим течением монархистов-традиционалистов, которые выступали против готовящейся либеральной революции. Уже из этого вытекает, что ни расизмом, ни национализмом черносотенство быть не могло: расизм возникает лишь в ходе Реформации, с разделением рода человеческого на расу избранных и расу отверженных (поэтому колонизаторы Америки из гражданского общества были расистами, а колонизаторы из традиционного общества Испании - нет). А национализм возникает лишь с превращением народа в политическую нацию, а до такого превращения России начала века было далеко. Черносотенство совершенно определенно исходило из понятия народ.

Политической силой черносотенство не стало, спасти монархию и империю было уже невозможно, но в своих прогнозах его лидеры были прозорливы. Начиная с 1906 г. силами либеральной интеллигенции и революционеров был создан тоталитарный "черный" миф о черносотенстве. Его можно сравнить с мифом об Инквизиции, в который мы почти все верим (тем он и показателен).

Число жертв Инквизиции было невелико. Более того, именно Инквизиция очень много сделала для возникновения в Европе рационального мышления, оздоровила сам интеллектуальный климат: она за сто лет до Реформации после долгих дебатов постановила, что демонов и ведьм не существует. Напротив, Реформация была страшным откатом - протестанты сожгли в Европе около 1 миллиона "ведьм" (и сжигали их в США до конца XVII века, причем судьями были профессора Гарвардского университета).

В конце прошлого и первой половине нашего века в англо-саксонской историографии был создан миф об Инквизиции, признание которого стало во всем "цивилизованном мире" обязательным условием допуска в приличное общество. Сегодня в Испании даже знающий истинное положение дел историк осмеливается говорить об этом лишь шепотом и лишь наедине. Самое поразительное, что глава мировой школы историков Инквизиции, американский ученый-протестант, к концу жизни пришел к выводу, что всю жизнь ошибался.

Он со своими учениками начал большой проект: каждый акт сожжения "ведьмы" или еретика наносился на карту в виде точки. И оказалось, что в зоне действия Инквизиции виднелись редкие рассеяные точки, а в зонах Реформации (Швейцария и Север Европы) точки слились в большие черные пятна. Это его так потрясло, что перед смертью он сделал героический и беспрецедентный в науке шаг - объявил, что вся история Инквизиции есть огромная фальсификация. Но миф был настолько необходим политикам, что предсмертное признание ученого осталось гласом вопиющего в пустыне. Ничего не изменилось - даже в католических странах! Правда уже невыгодна.

Так же и с мифом о чеpносотенстве. Демонтировать его трудно. Но одно дело - не тpогать миф, слишком глубоко вбитый в сознание, и другое дело - продолжать вбивать его еще глубже. А главное, развивать его, дополняя идеей о генетической близости к фашизму. Этой близости нет и быть не может, поскольку эти явления лежат на разных цивилизационных траекториях.

Что речь идет о сознательных подтасовках, говорит факт, который тщательно скрывают. Черносотенцев ("охотнорядцев") представили как объединение представителей маргинальных, темных и бескультурных слоев, почти городского дна. На деле в черносотенстве, в том числе в его высшем руководстве, приняли участие виднейшие деятели культуры России: филологи академики К.Я.Грот и А.И.Соболевский, историк академик Н.П.Лихачев, ботаник академик В.Л.Комаров (позднее президент Академии наук), врач С.С.Боткин, создатель оркестра народных инструментов В.В.Андреев, живописцы Маковский и Н.Рерих. К черносотенцам были близки художники В.М.Васнецов и М.В.Нестеров. По мнению Льва Шестова, к черносотенству примкнул бы, будь он жив, Достоевский.

В черносотенстве принимали участие виднейшие представители аристократии, а также иерархи Церкви, в том числе причисленный к лику святых будущий патриарх Тихон и митрополит Антоний (прототип Алеши Карамазова). Насколько недобросовестны составители книги "Русская идея и евреи", видно из того, что они проводят параллель между черносотенством и фашизмом, между западным христианством, не возразившем против Холокоста, и Православием - и в то же время приводят тексты обращений и проповедей иерархов Православной церкви, крайне сурово осуждающих погромы как преступление против Бога и человечества (хотя в погромах гибло больше неевреев). Значит, Православие было к антисемитизму непримиримо! Где же аналогия?

Более того, в качестве самых непримиримых борцов против "черносотенного антисемитизма" в книге названы именно Тихон и Антоний - видные деятели черносотенства (Тихон - даже один из его руководителей)! Как можно объяснить такое вопиющее противоречие? Только сознательным обманом.

Развивая мысль об антисемитизме черносотенства, авторы ни словом не обмолвились и о том, что основоположником черносотенства и редактором главной его газеты "Московские ведомости" был еврей В.А.Грингмут. Важную роль в руководстве играли и другие евреи, в частности, близкий соратник П.А.Столыпина И.Я.Гурлянд. Они не были провокаторами. Это были виднейшие деятели еврейства, не порывавшие с ним связей. Об И.Я.Гурлянде, сыне главного раввина Полтавской губернии, "Еврейская энциклопедия" писала в 1910 г.: "Гурлянд проводит идею полного присоединения евреев к началам русской государственности, отнюдь не отказываясь от своих вероисповедных и национальных стремлений". Таким образом, видные деятели черносотенства из числа евреев были патриотами России и при этом совершенно не были антисемитами. За это их и вычеркнули из истории - такие евреи Рывкиной не нужны.

Конечно, черносотенцы, в том числе евреи, выступали против революционеров, в том числе против евреев. Но посмотрите, насколько искажено наше историческое сознание. Нам внушили, что черносотенцы - "кровавые погромщики". Говорится даже, что они "залили страну морем крови". На деле черносотенцам вменены в вину три убийства: кадета М.Я.Герценштейна в 1906 г. (авторство убийства точно не установлено), кадета Г.Б.Иоллоса (в 1907 г.) и трудовика А.Л.Караваева (в 1908 г.). Революционные организации, самой активной из которых была террористическая структура эсеров под руководством еврея Азефа, убили до 1917 г., по подсчетам американского историка А.Гейфман, 17 тысяч человек. Но до сих пор фурманы и рывкины, доренки и лобковы заставляют евреев трястись от страха перед "черносотенными погромщиками".

 

6. Социально-экономические предпосылки антисемитизма

 

В прошлой статье мы говорили о том, что сегодня влиятельные еврейские интеллектуалы стремятся представить Россию источником и бастионом мирового антисемитизма. Корень этого они ищут в самом ядре русской культуры, в христианстве. Этот якобы присущий России антисемитизм изображается как нелепое, не имеющее никаких реальных оснований культурное явление.

Сама методологическая основа всех этих умозаключений настолько неубедительна, что невозможно поверить в их искренность. Все это - чистой воды идеология. Куда она ведет сознание и евреев и русских - отдельный вопрос. Идеология создает в воображении "вымышленную реальность". Рассмотрим сначала земную, "реальную реальность".

В книге "Русская идея и евреи: роковой спор" отпор антисемитизму дает философ, которого сами евреи характеризуют так: "величайший из русских философов В.С.Соловьев, известный своей юдофилией, обладавший огромными знаниями в области истории евреев и талмудической литературы". Этот философ находит такие доводы против "экономического антисемитизма": "Просвещенная Европа установила в социальной экономии безбожные и бесчеловечные принципы, а потом пеняет на евреев за то, что они следуют этим принципам... Если евреи, помогая крестьянину, эксплуатируют его, то они это делают не потому, что они евреи, а потому, что они - мастера денежного дела, которое все основано на эксплуатации одних другими".

Ничего себе логика! Поскольку ростовщичество жестоко, а евреи - ростовщики, жертвы ростовщиков должны любить евреев. "Беда не в евреях и не в деньгах, - пишет В.С.Соловьев, - а в господстве, всевластии денег, а это всевластие денег создано не евреями". Представьте: убийца, произведя контрольный выстрел, склоняется к умирающей жертве и шепчет на ухо: "На меня не сердись. Не я изобрел порох, а китайцы две тысячи лет тому назад".

Носителями монетаризма, который везде, куда проникал, разрушал традиционное хозяйство, были евреи ("мастера денежного дела"). Это факт, который просто глупо было бы замалчивать. Там, где переход к монетаризму был быстрым ("шоковая терапия"), он привел к огромным страданиям людей и к антисемитизму. Вот католическая Испания. В 1492 г. отсюда королевским указом были изгнаны все иудеи. Тех, кто принял христианство, но тайно исповедовал иудаизм (марраны), преследовала инквизиция. Кстати, как нередко бывает, самыми жестокими инквизиторами (как, например, Торквемада) были обращенные евреи. А торговцы-евреи умело использовали инквизицию, чтобы сводить счеты с конкурентами - донося о том, что они тайно исповедуют иудаизм.

Сегодня испанцы испытывают комплекс исторической вины, и все, связанное с евреями, пишут и говорят крайне осторожно, взвешивая каждое слово. В чем же, по их мнению, истоки той юдофобии? Именно в страхе традиционного общества перед pазpушительным действием монетаризма. Испанский истоpик пишет: "Евреи олицетворяли рыночную экономику в среде натурального хозяйства. Этот характер рыночников, которым обладало большинство евреев, означал, что когда христианская Европа перешла от феодализма к капитализму, она в известном смысле стала иудейской - перешла в иудаизм в той мере, в которой евреи служили видимым человеческим воплощением новой экономической системы".

Сегодня Россия также испытывает тяжелые удары "новой экономической системы". А ее "видимым человеческим воплощением" также являются евреи. Вот это и есть объективная почва для юдофобии. Использует ли оппозиция и массовое сознание юдофобию как простую идеологию сопротивления - так, как делала Евpопа? Разжигают ли страдающие люди пламя антисемитизма? Абсолютно нет. Все попытки "архитекторов и прорабов" взрастить антисемитизм провалились. Все свелось к тому, что несчастный Осташвили разбил очки писателю (да и то русскому). Вот что должно было бы поразить любого объективного наблюдателя.

Страдания при внедрении монетаризма для большой части людей были несовместимыми с жизнью. Вот, например, высказывания историков и экономистов Франции о том периоде: "Деньги сделались всеобщим палачом", "Деньги объявляют войну всему роду человеческому", "Финансовое искусство - перегонный куб, в котором превращают в пар чудовищное количество благ и средств существования, чтобы добыть этот роковой осадок" и т.д.

Монетаризм, сделавший деньги главным выразителем человеческих отношений, породил на Западе и необычную ранее жестокость. Она возникла прежде всего в сфере действия финансового капитала - как стремление причинить страдание несостоятельному должнику (что выразил уже Шекспир в образе еврея Шейлока). Маркс приводит комментарий 1707 г. к английскому Закону о кредите и банкротстве: "Среди людей торговли царит здесь, в Англии, такой дух жестокости, какого не встречается ни в каком другом общественном слое или в другой стране мира".

Каков был накал юдофобии в эпоху "рыночной реформы" в Европе? Рассказывают, что правоверные католики в Испании после 1492 г. носили в мешочке у пояса кусок свиного сала. И внезапно совали его под нос прохожему, который показался подозрительным. Если он, вместо того чтобы откусить кусочек, инстинктивно отдергивал голову, его тут же тащили в инквизицию - не марран ли.

Таким образом, во всех странах, где финансовый капитал радикально вторгался в традиционное хозяйство и разрушал его, возникли причины для антисемитизма - потому, что этот финансовый капитал был представлен прежде всего евреями. Конфликт по сути своей социальный облекался в форму национального.

Известно, что для перевода любого конфликта в рациональное состояние, при котором возможно его разумное разрешение и поиск компромиссов, необходима его демистификация, освобождение от ложных оболочек. Но ведь этого нет - на социальное противоречие напускают туману, прежде всего религиозного. В.С.Соловьев, признавая "всеобщую антипатию к еврейству" и, судя по приведенным выше словам, вполне понимающий роль денежных отношений в этой антипатии, сводит дело к ослаблению в евреях религиозного начала. Он пишет:

"Как только чисто человеческие и натуральные особенности еврейского характера получают перевес над религиозным элементом и подчиняют его себе, так неизбежно этот великий и единственный в мире национальный характер является с теми искаженными чертами, которыми объясняется всеобщая антипатия к еврейству (хотя и не оправдывается вражда к нему): в этом искаженном виде национальное самочувствие превращается в национальный эгоизм, в безграничное самообожание с презрением и враждой к остальному человечеству; а реализм еврейского духа вырождается в тот исключительно деловой, корыстный и ничем не брезгающий характер, за которым почти скрываются для постороннего, а тем более для предубежденного взгляда лучшие черты истинного иудейства".

Это пишет не антисемит, а философ-юдофил в работе, которую нам предлагают как философское отрицание антисемитизма. Но ведь логика его совершенно неприемлема. Посудите: "ничем не брезгающий характер" относится к вам и вашим близким "с презрением и враждой" - но ваша ответная вражда к нему непростительна. Что же это за жизнь! Ну ладно, если бы мне просто дали по щеке - я бы другую подставил, и дело с концом. А если этот "ничем не брезгающий характер" ведет дело к тому, чтобы извести под корень весь мой род?

Зачем наводить тень на плетень? Почему люди обязаны отыскивать в Гусинском или Соросе "лучшие черты истинного иудейства", а не принимать их в реальном образе, как активных экономических и политических деятелей? Вот, на Тайване вышел указ, согласно которому "любая персона, о которой станет известно, что она поддерживает коммерческие отношения с инвестиционными фондами Сороса, будет сурово наказана". Неужели это потому, что в Соросе "чисто человеческие особенности еврейского характера получили перевес над религиозным элементом"? Нет, дело проще - Дж.Сорос своими спекуляциями разорил Тайвань, безжалостно и хладнокровно. Нашел слабое место, рассчитал момент и нанес удар. Хотя деньги и порох, конечно, придумал не он.

Какова роль евреев в экономической перестройке России? Примерно та же самая, что была и в Испании на заре капитализма. В конце прошлого века быстрая модернизация старого сословного общества России также породила "еврейский вопрос", а в областях, где еврейский капитал господствовал, были погромы. Израильский историк М.Аронсон признает, что причина погромов - "ускоренная модернизация и индустриализация, проходившая в России между 1860 и 1880 гг.".

Таким образом, основа погромов была чисто экономическая, а не национальная, погромщиками были в основном торговцы-конкуренты. Надо вспомнить, что евреи в России тогда составляли 4% населения, но 75% всех торговцев в России были евреями. На деле погромы были столкновениями конкурентов: в одном из самых крупных погромов, в октябре 1905 г. в Киеве, было убито 47 человек - 12 евреев и 35 других национальностей. Кто кого громил?

Нарастание конфликта между еврейской буржуазией и нарождающейся буржуазией других национальностей было замаскировано более мощной волной сопротивления любому капитализму со стороны крестьянства и выросшим на волне этого сопротивления общим революционным движением. Поэтому и можно было создать миф о еврейских погромах - на фоне огромной катастрофы революции никто достоверной историей не интересовался.

Затем, после 1917 г., в России на 70 лет установился особый тип традиционного хозяйства - советское хозяйство без финансового капитала и ссудного процента. Евреи заняли другие социальные ниши, конкуренция угасла, и основания для экономического антисемитизма исчезли.

Сегодня хозяйство России разрушается самым радикальным, даже преступным образом - при господстве финансового капитала, в котором евреи играют даже более выдающуюся роль, нежели в начале века. Это - факт, который не только не скрывается обличителями антисемитизма, но даже подчеркивается. На уровне спектакля - похвальбы в Израиле банкиров в том, что пять еврейских семей завладели половиной собственности России. В самой России эти кадры крутят по всем программам телевидения - и тут же в газете "Коммерсантъ-daily" банкир А.Смоленский заявляет, чуть ли не с издевательской успешкой: "Вспомним, как еще недавно народ олигархами пугали. Только где они, олигархи, на самом деле их не было и нет! Это так, более удобный образ врага, чем, скажем, жид и сионист". В ответ олигархов патетически упрекает еврейский писатель Тополь: вы, мол, завладели всей собственностью, киньте хоть косточку голодным русским. Допустим, все это - гротеск, чтобы шокировать публику и доводить ее до полной шизофрении. Взглянем на чисто академические исследования.

Вот Р.Рывкина, отрекомендованная как "известный социолог, профессор, доктор экономических наук" из РАН, близкий сотрудник академика Т.И.Заславской. В ее книге "Евреи в постсоветской России" (1996), как сказано, дана "надежная социологическая информация". Это, конечно, сильно сказано - данные о социальном положении евреев в нынешней России приведены очень скудные, нет даже элементарных индексов распределения евреев по уровню доходов. Но есть качественный вывод: "Позитивная тенденция постсоветской эпохи, расширившая возможности для самореализации евреев - развитие рыночной экономики... Реально сегодня, как и в эпоху революции 1917 года, еврейская интеллигенция снова являет собой один из наиболее активных отрядов реформаторов - банкиров, руководителей новых общественных организаций, работников прессы и др.". Главное, конечно, банкиры - остальное вторично.

Этому явлению Р.Рывкина дает, как она говорит, "простое и реалистическое объяснение" - евреи стали владельцами огромной доли собственности просто потому, что они "конкурентоспособны для занятия мест в новых и наиболее сложных сферах экономики - таких как финансы, внешние экономические отношения, рынок ценных бумаг и др.". Это, конечно, никакое не объяснение - "евреи конкурентоспособны потому, что конкурентоспособны". Но такова уж наша профессорша, не проговорится. Да это и неважно. Важен сам факт - в стране возникло острое "этносоциальное неравенство", которое сама же Рывкина в предисловии справедливо называет главной причиной напряженности в межнациональных отношениях.

Это и создало возможность разыграть истерику по поводу "антисемитизма коммунистов" в ноябре 1998 г. Эта истерика имела, видимо, и исследовательские, и чисто политические, прикладные цели. Но мы поговорим именно об условиях. Обвинение коммунистов в антисемитизме отражает две новые, возникшие после войны установки еврейской элиты: их антикоммунизм и их уверенность, что коммунисты обязательно должны быть антисемитами - то есть врагами именно этой еврейской элиты. В действительности Гусинский и его люди опережают события, и коммунисты не "дозрели" до того, что в них предвидят более мобильные и чувствительные еврейские идеологи.

Что же произошло? В ходе революции и затем в советский довоенный период (который проходил еще в идейном русле революции), оснований для конфликта между массой евреев и коммунистами не было, потому что евреи имели и самосознание, и образ гонимых и угнетенных. Под знамя коммунистов собирались люди, которыми двигало стремление защитить и освободить всех таких людей в борьбе со всяческими гонителями и угнетателями. На этой утопии стоял и советский строй.

После войны, с перемещением центра мирового еврейства в США и с образованием государства Израиль в еврейской политической элите произошел преход к самосознанию угнетателей и гонителей (нередко это заявлялось демонстративно). Таким образом, коммунисты стали ими рассматриваться как потенциальные, а потом и явные противники. В дальнейшем это самосознание евреев и практика сионистов породили соответствующий образ и в общественном сознании. В ходе нынешней реформы в России этот образ начинает доминировать. Если в начале века и в довоенный период в обыденном сознании еврей ассоциировался с трудягой-портным, то уже в 60-е годы это диpектоp и главбух, а сегодня - банкир и министр.

Евреи, составляющие значительную часть новых собственников и обладая уже классовым сознанием, ошибочно полагают, что такое же классовое сознание возникло и в массе трудящихся (на деле здесь еще господствует неклассовое сознание "совка", советского человека). Тот социальный взрыв, которого банкиры и "фабриканты" давно ждут и никак не дождутся, они заранее стараются представить как предосудительный "взрыв антисемитизма". Дескать, не банкира бьют, а еврея.

На деле до настоящего времени в России сложились лишь предпосылки для антисемитизма как неприязни к евреям в целом, евреям как национальности. Русские ведут себя не так, как в прошлом испанцы, англичане или немцы. Эти причины, сдерживающие антисемитизм, лежат в сфере культуры, а не экономики. Если же культура и жизненные экономические потребности приходят в конфликт, то при критическом ухудшении условий жизни побеждает базис, а не надстройка - экономика, а не культура. Умирать от голода и бубнить про себя юдофильские тексты В.Соловьева люди не станут. К такому критическому пределу Россия приближается - вернее, ее приближают Гусинский с Березовским. Об этом им и напоминает Тополь.

Ускоряют размывание культурных барьеров против антисемитизма сами теоретики современного еврейства. Достаточно известно, что русский национализм не шовинистичен, это великодержавный национализм. Даже в таком плачевном состоянии, как сегодня, русские ощущают себя "старшим братом" в семье всех народов, живущих в России, включая евреев. Разжечь в русских устойчивую вражду на национальной почве очень трудно. Нынешняя вражда к кавказцам напоминает злость на брата, который безобразничает в семье. Перестанет безобразничать - исчезнет и злость. Неизвестно с какой целью, но еврейские интеллектуалы снимают этот культурный барьер. В последние годы они начали в элитарной печати дебаты о том, кто такие евреи - народ ли это, живущий в России и имеющий свои культурные корни? И Фурман в своих статьях, и Рывкина в своей книге стараются доказать, что нет - не народ. Кто же?

По словам Рывкиной, высший сегодня авторитет еврейства А.Штайнзальц считает, что "с этнической точки зрения трудно утверждать, что существует такой этнос, как евреи". Рывкина пишет: "Не считая евреев особым народом и исходя из религиозных критериев, автор [А.Штайнзальц] считает, что евреи - это семья". Если так, то дело меняется. Одно дело народ - в нем всегда есть "хорошие" и "плохие", причем они друг другу противостоят. В России "хорошие" люди всех народов противостоят всем "плохим", и не так уж важно, каково соотношение хороших и плохих в каждом народе. Для А.М.Макашова бессовестный русский безусловно хуже честного еврея (даже хуже бессовестного еврея - "жида").

Иное дело - семья. Семья спаяна слишком сильно, и если ее старшие преступны, младшие не могут против них выступить - или семья разрушается. Против семьи, клана, наносящего ущерб обществу, приходится выступать как против единой солидарной группы, хотя кто-то из этой семьи и недоволен старшими братьями. Чтобы оправдаться в мнении общества, они должны ясно и гласно порвать с семьей.

Если евреи - семья, то кто в ней сегодня "старшие братья"? Не композитор Шостакович и не авиаконструктор Милль. Они представляли еврейскую семью в советское время, но их время прошло. Сегодня "старшие братья" - банкиры. По общему мнению, они обобрали Россию и безжалостно довели половину народа до голода. Неприязнь к этой семье, которая, похоже, беспрекословно следует за своими новыми "старшими", становится естественной. Для этого русским не надо даже становиться националистами, ибо евреи - не народ, а клан.

Зачем же А.Штайнзальц, а затем и лидеры помельче, пошли на этот идеологический маневр? На ум приходит лишь одно объяснение - сплотить евреев России жесткими семейными обязательствами и открыть шлюзы для волны антисемитизма, который обособит евреев от России и поможет "возродить еврейство". Когда А.Штайнзальца назначили духовным pаввином России, он заявил: "Я хотел бы только одного: помочь евpеям веpнуться к своему евpейству". Думаю, средства он для этого выбрал гибельные, но принимать их или отвергнуть - дело самих евреев.

 

 

Возврат в оглавление.